| 2026, 4 |
А.Б. Летучий |
Эвиденциальные каузативы в русском языке |
54-72 |
| 2026, 4 |
И.А. Стенин |
Causative constructions in Amguema Chukchi [Каузативные конструкции в амгуэмском говоре чукотского языка] |
86-111 |
| 2025, 2 |
К. Шлунд |
В чем суть русской «стихийной» конструкции (модель: ветром сорвало крышу)? |
26-48 |
| 2023, 3 |
З.М. Халилова |
Causative constructions in Bezhta [Каузативные конструкции в бежтинском языке] |
99-121 |
| 2022, 3 |
Г.Р. Сулайбанов, Н.Р. Сумбатова |
Об одном типологическом раритете: каузатив в цугнинском диалекте даргинского языка |
109-131 |
| 2021, 5 |
В.С. Храковский |
Опыт сопоставительного анализа причинных и каузативных конструкций |
7-25 |
| 2018, 1 |
С.Г. Татевосов |
Заметки о фальшивой каузативизации |
7-44 |
| 2014, 2 |
В.Ю. Апресян |
Контроль и отрицание: взаимодействие значений. |
3-26 |
| 2013, 6 |
Т.И. Резникова |
[Рец. на:] R. von Waldenfels. The grammaticalization of ‘give’ + infinitive. A comparative study of Russian, Polish, and Czech. Berlin: Mouton de Gruyter, 2012. 334 p. |
144-151 |
| 2011, 6 |
Ю. Конума |
Понятие суперлексемы и аспектуальная характеристика японского глагола |
67-89 |
